Общественные слушания в днепропетровском Павлограде о переименовании переулка Чкалова в переулок одного из погибших героев АТО закончились нокаутом выступавшего. Всего лишь за то, что карательную операцию на Донбассе он посмел назвать гражданской войной. Надо было — войной с Россией.

Периодически общаясь с теми, кто давно (в 2014 году) уехал с Украины, я стал замечать, что политические эмигранты уже отстали от тамошней жизни и превратились практически в таких же россиян, как и я сам. И это объяснимо: вот уже третий год они наблюдают за происходящим на их бывшей родине со стороны, из-за границы.

Разумеется, они куда осведомленнее меня, у них гораздо больше источников информации и руку на пульсе они держат. Причем, разбираются в украинских политических реалиях лучше тех, кто остался в нэньке, просто потому, что имеют возможность ухватывать тенденции, не вникая в нюансы.

Но вот что касается жизни большой страны на уровне человеческого общения, и не только с единомышленниками, но и с противниками, и не в верхних эшелонах власти, а внизу, на уровне тротуара, как это бывает в нашей повседневной жизни, то тут у них, конечно, проблема. И они это признают.

Этот ролик, если просмотреть его весь, приоткрывает нам завесу тайны.

Хотим мы того или нет, на Украине появилась довольно внушительная прослойка людей, так или иначе причастных к АТО. Это не только бойцы ВСУ, сидящие в казармах или окопах на линии противостояния, но и волонтеры, и сочувствующие, и просто обыватели — потребители пропаганды. Стержень их жизнестойкости, можно сказать, смысл существования и духовная опора — это борьба с превосходящим по силе врагом. То есть, с Россией. И я думаю, вынуть этот стержень, становой хребет мировоззрения миллионов уже не удастся. Тот, кто попытается, получит в ответ не контраргументы, а сразу в торец, как павлоградец на видеоролике.

Он поступил нетактично. И знаете почему? Потому что каждый участник АТО наверняка задумывался над тем, насколько праведна война, в которой он участвует, возможно, они даже обсуждают создавшееся положение среди своих. И наверняка им в голову часто приходят невеселые мысли.

Но посторонние не имеют на это права. Это как если ваша бабушка иногда в силу возраста что-то забывает, и вы даже иногда беззлобно подтруниваете над ней в кругу семьи, но никогда не простите насмешек чужому человеку. И возможно, с пол-оборота отправите его в нокаут — тут все зависит от темперамента.

Если атошник участвует в гражданской войне, а не в войне с агрессором, то он из благородного солдата, вставшего на защиту отечества от супостата, автоматически превращается в подлого карателя, убивающего не только ополченцев – сепаров, но и мирных украинцев, женщин и детей. Поэтому не требуйте от украинцев, воевавших или воюющих на Донбассе, объективности или внимания к фактам, понять и принять правду для них равносильно признанию в соучастии в преступлении.

Никто не хочет быть карателем или помощником карателей, если вспомнить о волонтерах, — все пытаются ощутить себя борцами за правое дело. И эту комфортную выдумку они будут защищать до конца своих дней не только кулаками, но и с оружием в руках. Никто не сможет их переубедить.

Иначе разрушится уютный мир. Погибшие перестанут быть героями, а выжившим в мясорубке котлов станет неловко вспоминать о победоносном походе на восток, закончившимся полным разгромом.

Им не нужна правда. Для них Россия навсегда останется агрессором, которого они победили в неравной схватке ценой многих тысяч жертв своих боевых товарищей. Участников первой (а впрочем, первой ли?) мифической отечественной войны Украины с собственным народом.

Нам с вами не вылечить Украину своей логикой и железными аргументами — ей придется вылечиться самой. Общество должно возненавидеть все эти трезубцы и желто-голубые цвета, перестать бояться бандеровцев. Только когда чубы-оселедцы и вышиванка окончательно выйдут из моды, а за мову и СУГС будут моментально и публично бить свои же сограждане, мы поймем, что маргинальная, агрессивная Украина осталась в прошлом.

То есть, на месте мужчины из Павлограда, назвавшего войну на Донбассе гражданской, мы должны увидеть участника АТО — борца с Россией, получающего жесткий хук слева. И чтобы все украинские газеты с удовольствием сообщили об инциденте.

Вот тогда, возможно, мы сядем с украинцами за один стол и поговорим, как жить дальше.
Павел Шипилин